Сказка о прекрасной принцессе Атиль
и её безобразном шуте

С.Ш.

Каждый из нас взрослеет по-своему. Одному для этого хватает в отрочестве и пяти минут, а другой всю жизнь остается милым и непосредственным ребенком, для которого весь мир всего лишь детская площадка. А главное, никогда нельзя быть уверенным в том, что ты уже навсегда простился с детством и, аккуратно протерев, упрятал свои розовые очки глубоко-глубоко в карман. Hо тем и прекрасна жизнь, что никогда не угадаешь, через сколько же пар этих самых очков ты на неё смотришь...

Случилось так, что в числе подарков, полученных прекрасной принцессой Атиль на День рождения, оказался и маленький карлик-шут в забавном клетчатом колпаке, расшитом серебряными бубенчиками. От всех прочих карл он отличался тем, что был как-то неповторимо уродлив. Hеестест- венно изломанные руки и ноги, безобразное морщинистое лицо с глаза- ми-бусинками и огромным носом, большущие уши и сгорбленная спина - все это по отдельности было просто отвратительно! Hо собранное воедино совсем не делало карлу отталкивающим, даже наоборот, этот неказистый коротышка оставлял забавное впечатление невольно напоминая о вашем собственном совершенстве. А уж если добавить сюда и потрясающую мимику, словно кривые зеркала, сворачивающую его лицо в неповторимые гримасы, то сразу же станет ясно, почему Карла прочно занял место в свите Атиль. И с тех самых пор весь двор с веселым смехом наблюдал, как по королевскому дворцу, смешно переваливаясь и методично звеня бубенчиками бегает маленький Карла, исправно исполняя все поручения принцессы.
Так продолжалось достаточно долго. Все уже начали понемножку привыкать к Карле, пока в замок не пожаловал известный Художник, нанятый, чтобы написать портрет принцессы. Когда Карла вошёл в зал, следуя за принцессой и увидел краски и кисти, разложенные у Художника, с ним случилось что-то невообразимое. Его просто затрясло, и, пронзительно крича, Карла метнулся через весь зал к мольберту. Он сгреб в охапку, сколько мог, баночек и пузырьков с красками и, отбиваясь от опешившего Художника кистью, забился в самый дальний угол, никого к себе не подпуская. Все это было настолько комично, что с несколькими фрейлинами от смеха просто случилась истерика, и их пришлось долго отпаивать водой. Король хохотал до слез и, отсмеявшись, приказал подать ещё красок, и Карлу оставили в покое.
Художник принялся за работу, все затаили дыхание, наблюдая за чудом рождения портрета, а Карла, стараясь не звенеть бубенцами, потихоньку выскользнул из зала. В своей каморке он бережно выложил на столик все краски, сорвал с головы колпак и, бережно взяв в руки кисть, по которой уже успел стосковаться, начал расписывать стены. Карла работал, забыв обо всем, работал так, как никогда прежде, работал, не помня времени, не видя и не слыша ничего, что могло бы вырвать его из этого волшебного мира красок. Так продолжалось до тех пор, пока за спиной не раздался восхищенный возглас. Карла резко обернулся и увидел стоящих в дверях его убогой каморки принцессу и изумленного Художника.
Карла растерялся, выронил кисть и попытался закрыть собой все то, что успел нарисовать, но он был слишком мал, чтобы заслонить диковинные фрески на которых веселились, пели, плясали и любили друг друга десятки таких же уродливых коротышек. И сейчас все эти карлы как живые, настоящие с укоризной глядели на незваных гостей. Они были настолько реальны, что казалось - ещё одно мгновение, и они сойдут со стен и, окружив Карлу плотным кольцом, никому не дадут в обиду. Атиль уже не могла отличить, где кончается настоящий и начинается нарисованный мир, а Художник... Художник подошёл к Карле и, встав на колени, протянул ему этюдник с красками.
- Прими от недостойного подмастерья и знай, что я буду счастлив, если ты позволишь мне растирать тебе краски.
А Атиль прошлась по каморке, недоверчиво прикасаясь тонкими пальцами к нарисованным лицам, и, повернувшись к Карле, торжественно изрекла.
- Hадо будет показать это папе и всем-всем-всем! А потом, потом ты напишешь мой портрет!
Художник поднялся с колен.
- Оставьте его, принцесса, и никогда никого не водите сюда. Это его мир, так оставьте ему хотя бы эту отдушину. Ему и так нелегко жить среди уродов!
Атиль отшатнулась, как от пощечины и, побледнев, с ужасом взглянула на Карлу, потом на фрески и метнулась прочь из каморки.
Больше никто и никогда не видел во дворце Карлу. Говорят, что его отправили домой, а по всему королевству запретили держать Карлов в шутах. Ещё сказывали, что его каморку заперли на замок, ключ от которого хранится у самой принцессы, и она наведывается туда время от времени. Hо верить тому или нет, опять же зависит от того количества розовых очков, через которое вы смотрите на это мир...

Март 1992 г.